Очень большой грех - говорить и писать вещи вроде "Это сделало мой день". Ибо сказано: "И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И назвал Бог свет днем".
Как известно, в конце девяностых - начале двухтысячных на Российской музыкальной сцене появилось достаточно большое количество музыкальных коллективов с весьма неоднозначными текстами. Или, если будет угодно, с текстами, выполненными в эстетике новороссийского постмодернизма, максимально пересыщенными высокохудожественными образами, затрудняющими общее понимание оригинальной авторской мысли. Или, если описывать явление напрямую, как оно есть, с текстами, представляющими собой непрерывный поток бессмыссленной поносной хуйни, не связанной ни по смыслу, ни (в ряде случаев) грамматически. Яркими примерами данного направления являются такие исполнители как Земфира, Мумий Тролль, ансамбль 7б и другие, не менее одаренные коллективы.
Казалось бы, каждый волен петь как он хочет и как может. Но только не в том случае, если дело касается государственной безопасности! Ведь единственным оправданием существования такого рода текстов может служить только тот факт, что в них имеет место быть некий шифр. В наборе ничего не значащих слов явно запрятаны секретные данные. Расшифровка таких текстов без соответствующего ключа невозможна. Но ведь есть, должен быть где-то в мире тот, кто владеет ключом и принимает секретные послания. Мы не беремся утверждать наверняка, но даем наводку соответствующим структурам и органам: возможно Лагутенка и компания являются шпионами в пользу враждебных держав и/или иных формирований, угрожающих нашей общей безопасности, и таким хитрым образом передают им послания и все наши государственные тайны! Чем еще объяснить их особняки за миллионы долларов?
При наборе новых кадров в полицию каждого тридцатого выбирают таким образом, чтобы он в ста процентах случаев мог отмазать своих сослуживцев от любой ответственности. Это называется эффектом тридцатого кадра.
И да, мало кто догадывается о том, что современная российская так называемая "стабильность" на самом деле восходит к английскому слову "stab". Преимущественно in the back. Наносит тройной урон. Осуществляется, традиционно, вором.
Мало кто догадывается, но футболисты играют в большой футбол вовсе не за деньги и не за идею. На самом деле они играют ради того единственного момента, когда после забитого гола можно легально пообниматься друг с дружкой, свалиться в одну большую человеческую кучу и тереться, и трогать друг друга за разные места, возбуждаясь от мысли о том, что происходит все это на глазах у миллионов...
По статистике, около 20 процентов всех людей, умерших и попавших на тот свет, настолько сильно реагируют на происходящее и так бурно празднуют свое вступление в жизнь вечную, что их приходится натурально пристрелить еще раз. А некоторых - и еще раз. А русских - еще дважды.
Первого сентября маленький Максимка пошел в первый класс. Топал новенькими сандаликами по влажному утреннему асфальту, аккуратно нес огромный шуршащий букет для первой учительницы и старался поспеть за мамой. Топал прямиком в новую, бесконечную жизнь под названием Школа. За спиной, тугими лямками обхватив его узкие детские плечики, сидел новенький же портфель. А в нем - новый пенал с новыми ручками и карандашами, подставка для учебников и ножницы для уроков труда. О, это были особенные ножницы. Не какие-нибудь огромные взрослые скучные ножницы, а маленькие, детские, веселого красного цвета, в специальном пластмассовом чехольчике, заботливо снабженном особой защелкой, чтобы не выпали. Таких до вчерашнего дня Максимка никогда не видел. И уж конечно ни у кого из будущих одноклассников не будет таких. Максимка уже предвкушал завистливые взгляды ребят.
Не прошло и недели, как...Не прошло и недели, как ножницы кто-то украл. И все дело, конечно же, было в том, что учительница попросила принести из дома специальные картонные папки с завязками и хранить все трудовые принадлежности в этих папках, в большом шкафу в дальнем конце класса. Кто-то наверняка открыл его папку и забрал ножницы себе. Самое обидное было в том, что тот, кто взял ножницы, не позарился на пластиковый чехольчик. Чехольчик остался на месте, всем своим одиноким видом напоминая Максимке о том, какие же у него _были_ замечательные ножницы. И что еще скажет мама?..
Мама, конечно же, сразу заметила неладное и после недолгих расспросов выяснила причину Максимкиной грусти. Умело подведя мораль под произошедшее, мол, не стоит брать чужое без спросу, потому что видишь, как грустно бывает, когда у тебя что-то пропало, она пообещала купить новые ножницы. И через день Максимка снова нес в школу обновку.
Но и эти ножницы пропали. И следующие, и следующие за ними. Количество пустых чехольчиков в ящике Максимкиного письменного стола увеличивалось практически еженедельно. Максимка как-то раз даже сказал маме, что не нужно покупать ему новые ножницы, потому что это бесполезно. Но тут уже мама решила пойти на принцип и не сдаваться перед лицом невидимого врага. Тем не менее, число пропавших ножниц неуклонно увеличивалось, и мамина решимость постепенно сходила на нет. В конце-концов, после очередной пропажи, мама сказала: "Все, хватит. Не будем больше кормить ворюгу. На зиму он их заготавливает, что ли?" На том и порешили.
А через неделю случилось массовое убийство. В то утро Максимка проснулся как ни в чем не бывало и уже собирался было выйти из дома, когда позвонила плачущая учительница и попросила сегодня в школу не приходить. Все дети из Максимкиного класса были убиты. Все 19 человек. Ровно по количеству украденных ножниц. И каждого из них родители обнаружили утром в окровавленной постели, с маленькими красными ножничками, воткнутыми прямо в левое ухо. Всех, кроме Максимки. Потому что любящая мама, которая желает правильно воспитать ребенка, всегда знает и чувствует тот момент, когда нужно остановиться.